Княгиня Ольга и кольцо

Шел 968 год. Святолав с войском отправился в очередной поход. Воспользовавшись таким благоприятным обстоятельством, на стольный Киев-град напали печенеги.

Осада длилась уже довольно долго. Осажденные надеялись на чудо: вдруг кто-то неожданно подоспеет на выручку?! Однако время шло, а помощи все не было. Измученные жаждой и голодом киевляне были доведены почти до отчаянья. Среди них была и княгиня Ольга с тремя внуками — Ярополком, Олегом и Владимиром.

Княгиня не раз пыталась отправить за помощью воинов из собственной охраны, но даже хорошо обученные дружинники не могли прорваться через плотный печенежский заслон: кровожадные степняки жестоко расправлялись с перехваченными гонцами, и осажденные еще долго слышались их ужасные крики и стоны, долетавшие из-за городских стен. А на следующее утро мертвые тела, искалеченные, окровавленные и растерзанные, выкладывались где-нибудь на видном месте, чтоб наводить ужас на жителей города.

Каждый вечер княгиня собирала самых доверенных людей на совет. Вот и сегодня она оставила свои покои, чтобы в сопровождении остатков охраны отправилаться в княжеские палаты, временно оказавшиеся в ее распоряжении. Каково же было удивление Ольги, когда ей на встречу вышла рассерженная толпа с громкими криками:

— Убирайся, княгиня!!! Мы больше не станем слушать тебя!!! Мы, киевляне, лишаем тебя власти!!! Отныне судьбу города станет решать всеобщее вече, а ты нам не указ!..

Княгиня окаменела от такой наглости. Она стояла, не в силах пошевелиться, острая боль обиды пронзила ее душу: за что?! Что плохого сделала она горожанам?.. Однако не обращая ни малейшего внимания на состояние правительницы, толпа продолжала вопить:

— Иди к себе, Ольга! Больше ты нам не указ!!! Вече уже приняло решение: на рассвете мы откроем ворота и сдадимся на милость печенегам! Враги оценят нашу покорность и пощадят наши жизни!..

Услышав такие слова, обычно грозная правительница оцепенела от ужаса, но в ответ ничего не сказала. Да и стоит ли разговаривать с разъяренной, доведенной до отчаяния толпой, когда тебя даже выслушать не желают?.. Похоже, власть попросту вывалилась из ее рук.

Так и не проронив ни слова она вернулась в свои покои. Только переступив порог, дала волю эмоциям, зарыдала громко и протяжно. Ее окружение было крайне удивлено, более того — попросту напугано поведением княгини, обычно проявлявшей невиданную твердость характера. Даже когда древляне убили ее мужа — князя Игоря, Ольга восприняла столь ужасное известие с самым достойным видом. Теперь же она вела себя, точно самая простая стареющая женщина.

Разумеется, княгине уже перевалило за пятьдесят, потому наиболее остро ее волновала не судьба княжества или даже всех киевлян, вместе взятых, а жизни ее малолетних внуков — сыновей князя Святослава. Решение вече не сулило княжеской семье ничего утешительного. Печенеги давно уже заработали славу самых жестоких и кровожадных из всех кочевников. Сдача Киева им на милость наверняка обернется полным уничтожением для города, пленом и рабством для всех его жителей. Что же будет с ее крохами?! Какая судьба их ожидает?..

Острая изнуряющая боль за будущее княжеской семьи каленой стрелой пронзила душу и сердце стареющей женщины, обычно столь сильной духом. В этот миг Ольге почудилось, что вся жизнь пронеслась у нее перед глазами буйным вихрем.

Вот она добрая и ласковая матушка малютке Святославу, заботливая жена киевскому князю Игорю.

Вот муж жестоко убит древлянами, а на руках у нее остался маленький сын. И ждать поддержки не откуда. Тогда доведенная до крайности женщина превратилась в грозную и безжалостную владычицу, которая в желании отомстить своенравному племени продемонстрировала характер поистине демонический, устроив в Искоростене и во всей земле древлянской настоящую кровавую бойню.

Но все же она княгиня, и самой судьбой ей предначертано управлять подданными, способствовать процветанию подвластной земли. Ольга взяла жизнь Киевского княжества под свой контроль, сделавшись правительницей не мстительной, но мудрой. Она не ездила в полюдье, как Игорь, а поручила это дело старейшинам и управляла землями, подчиняя всех своей воле.

В отношениях с Византией пришлось действовать по-иному. Авторитет своей державы Ольга укрепляла дипломатическими средствами. Правители-мужчины не воспринимали ее как равную — пришлось пустить в ход хитрость и добиваться положительного решения, не теряя при этом княжеского достоинства. Приняв тамошнюю веру — христианство, она добилась союза с Византией.

Но что же будет теперь?! Что предпочтительней — скорая мучительная смерть или долгая, год за годом жизнь в унизительном рабстве?.. Что за ужасная судьба — быть плененной кровожадными кочевниками!..

Впервые за много лет княгиня откровенно растерялась, попросту не представляя, что делать. В конце концов, она же просто женщина, пытавшаяся управлять княжеством в жестком и коварном мире мужчин!.. Похоже, отныне саму Ольгу и ее внуков могло спасти лишь чудо, а единственным доступным оружием осталась молитва.

Она сложила покорно руки…

Как вдруг в дверь горницы робко постучали.

— Входи, кто там пришел! — негромко молвила княгиня.

Дверь отворилась, и в горницу вошел долговязый чернявый подросток лет пятнадцати, одетый в длинную льняную рубаху. Он отвесил низкий поклон и произнес, обращаясь к Ольге:

— Я к вам, великая правительница!

— К сожалению, уже не правительница. Вече меня низложило, — с горечью ответила она. Однако подросток продолжил как ни в чем не бывало:

— Я к вам, великая правительница, с предложением.

— Чего ж тебе надобно?

— Я и раньше пытался пройти в ваши покои, да только охрана меня не пропускала. А вы меня разве не помните?..

Княгиня взглянула на юношу с явным изумлением, однако некое смутное воспоминание неожиданно возникло перед глазами, и она оживилась:

— Ах да, конечно же! Припоминаю, припоминаю… Так и есть: года три назад мои люди нашли тебя, полумертвого от изнеможения, в овраге. Кажется, ты сбежал от печенегов?..

— Да, это так. Я провел в плену много времени, потому успел выучить их язык. Если меня выпустят из города — возможно, я смогу привести помощь.

Надежда тонким лучиком сверкнула в глазах княгини… но тут же погасла.

— Тебе не пройти сквозь печенежские заслоны! — резко молвила она. — Более опытные закаленные воины пройти не смогли.

— А вдруг смогу?.. Поговаривают, совсем неподалеку отсюда — на полпути к Вышгороду находится отряд воеводы Претича. Ему бы только весточку подать, а там уж!..

— Даже если заслоны печенежские пройдешь и воеводу Претича разыщешь, он тебя и слушать не станет.

— Тогда сделайте так, чтоб выслушал! А печенегов я пройду.

— Каким образом?!

— Это уж моя забота, — сверкнув глазами, ответил юноша. Тогда княгиня сняла с пальца небольшое серебрянное колечко с неограненым алмазом, некогда подаренное ей покойным супругом — князем Игорем, которому перстенек, в свою очередь, достался от матери:

— Возьми вот это. Мое кольцо каждый ратник знает, поскольку прежде оно принадлежало Игорю. Возьми и ступай с Богом. Я буду молиться за тебя.

А рано поутру случилось чудо: трубя в трубы и громко лязгая оружием, воины воеводы Претича начали переправляться через Почайну! Решив, что это армия Святослава вернулась из похода, печенежские орды вмиг исчезли из-под стен Киева, словно и не держали город в многодневной осаде.

Княгиня Ольга с внуками вышла из городских ворот и по Боричевому взвозу спустилась к реке. Там княгиня и встретила молодого киевлянина, отправившегося вчера за помощью и вернувшегося вместе с воинами Претича. Она кивнула благосклонно, он же стащил с мизинца и протянул Ольге серебряное колечко с неограненым алмазом.

— Я не стану забирать его у тебя, — запротестовала Ольга. — Оставь перстенек себе, ведь ты спас весь город да вдобавок поддержал и меня, и всю княжескую семью в самый страшный момент ее жизни…

Но затем, подумав немного, спросила:

— Об одном лишь прошу сказать: как тебе удалось то, что не удавалось умелым опытным воинам — пройти невредимым печенежские заслоны?

— Очень даже просто, — застенчиво улыбнулся юноша. — Я выскользнул из города через потайную калиточку в стене, держа в руках уздечку. А затем, и не подумав скрываться, просто пошел к печенегам, спрашивая каждого встречного на их языке: «Не видел ли кто коня? Мой конь потерялся». Печенеги сами гнали меня с глаз долой со словами: «Отвяжись ты со своим конем! Не до тебя сейчас. Не видишь разве, что мы город осаждаем?!»

Вот так и закончилась эта история…