Перстень мечты

Василий столь долго рвался к этой своей мечте, что теперь, находясь в шаге от ее осуществления, как-то даже не верил в подобную возможность.

С чего все началось?.. Трудно сказать. Пожалуй, с разговора с матерью. С разговора настолько давнего, что уж и не вспомнить точно, когда он произошел. Во всяком случае, его героического отца уже не было в живых, поэтому говорил он именно с достопочтенной матушкой. Но вот что разговор такой состоялся — в том абсолютно никаких сомнений не было:

— Скажите, мама, а когда я вырасту, то стану князем Острожским?

— Нет, сынок, и титул этот, и сам Острожский замок уже достались твоему брату Илье.

— А почему так?

— Так он ведь старший!

— Да, но я тоже хочу быть князем Острожским!

— Нет-нет, сынок, вот об этом и не мечтай. Князь Острожский может быть лишь один — главный наследник отца своего.

— А я как же?!

— А тебе отец Дубно завещал, так что быть тебе его господином. И это уже немало — уверяю тебя.

— Но это несправедливо! Я тоже хочу владеть Острогом!.. Также хочу носить отцовский княжеский перстень с фамильным гербом!..

— Нет-нет, сынок! Такова твоя судьба — быть господином Дубно.

Однако же, несмотря на предостережение матери, Василий ни о чем не забыл. Просто никогда больше ни он, ни Александра Семеновна не беседовали на данную тему. Но забывать?! С чего бы это!..

Более того, младший княжич не упускал ни малейшей возможности выведать хоть что-нибудь о порядках наследования имущества и особенно княжеского титула. Итак, постепенно княжич Василий разузнал следующее: как младший сын в роду, он все же имеет право унаследовать титул князя Острожского и все родовое имущество… в случае, если его брат Илья умрет бездетным.

А брат, кстати, долго не женился, что вселяло в сердце Василия определенную надежду. Сначала ему отказали от брака с Барбарой Радзивилл, а затем и он отказался от брака с сестрой ее Анной Елизаветой. Других невест брат и не искал.

Все шло хорошо, пока не посетил Илья Острожский королевский двор и не решил связать свою судьбу с Беатой Костелецкой, к которой весьма благоволил сам король. А потом все пошло, как по накатанной: сначала рыцарский турнир, потом странная болезнь брата. И вот он уже лежал при смерти, его беременная, сломлена горем жена не замечала ничего вокруг, а их ребенок еще не был рожден.

Княжич Василий уже считал себя законным наследником острожских владений и семейных реликвий: об этом говорили все, включая его матушку. Несмотря на свои тринадцать лет, княжич был ужасно честолюбив!.. Его окончательно захватил азарт обладания, словно всадника, который собирался вскочить на необъезженного строптивого скакуна и, глазом не моргнув, публично обуздать его одной лишь силой воли.

Но рано радовался княжич, рано рассчитывал на наследство. Ему самому еще не исполнилось пятнадцати — не мог он вступить во владения, не достигнув совершеннолетия! Не суждено ему было сделаться наследником дома Острожских и своими великими деяниями затмить славу отца и деда!.. Напрасно грезил он. Мечты остались мечтами: согласно завещанию непутевого братца Ильи Константиновича, Острог должен был перейти к новорожденному ребеночку, и теперь всеми делами на отцовских землях могла заправлять только проклятая ведьма Беат на правах главного опекуна, а также другие опекуны — сам король Сигизмунд II Август и князь Федор Сангушко. Вот так Острог выскользнул из рук несовершеннолетнего Василия Константиновича…

Но время шло. Один из опекунов покинул мир живых, а главный опекун — ненавистная Беат оказалась абсолютно не способной управлять делами. В общем, теперь с согласия короля Острогом управлял Василий — пока его племянница Елена-Елизавета-Екатерина не достигнет возраста пятнадцати лет и не выйдет замуж, с согласия двух ее могущественных опекунов. А потом уж Бог рассудит, как быть с имуществом — вернее, муж племянницы. Вот так и стал Василий «почти что князем Острожским, но без Острога». Управлять — управлял, но не имея прав на отцовское наследство, без согласия опекунов не смел распоряжаться ни землями, ни деньгами.

Время шло, Василий ждал. Ждал, когда кто-то оступится и сделает непростительную ошибку. Тогда судьба наконец будет благосклонна к нему.

Первой оступилась племянница: сбежала из Острога и вышла тайно замуж! Беат подняла шум, и вот муж племянницы Дмитрий Сангушко убит, богатая невеста Елена-Елизавета-Екатерина возвращена к матери. Да не одна, а с приплодом — новая напасть!.. Ее, конечно, наказали, наследство немного потрепали, но Острог оставили. И вновь Василий оказался не у дел.

Король решил: чтобы права на распоряжение наследством не терять — выдать подопечную замуж. Но тут вмешалась Беат, и все опять пошло вверх дном… В итоге, опекуны — мертвы, наследник-младенец потерян, бедная племянница, жизнь которой разбита окончательно — вернулась в Острог. Вопрос рассматривался, но бумаг на владение родительской землей все не было. Страна томилась в ожидании выбора нового короля… Василий Константинович вновь остался «князем Острожским без Острога» и без прав — совсем как пресловутый сапожник без сапог!..

 

* * *

Получив долгожданную свободу, Елена больше не желала связывать свою жизнь браком — хотя женихов хватало. А всему виной было ее огромное состояние… Итак, для себя она решила заняться хозяйственными вопросами, связанными с Острогом, и разыскать сына.

Теперь Василий отлучен от дел, делами заправляет сама наследница — Елена. Теперь дядюшка в Остроге только гость — как, впрочем, и все родственники.

 

* * *

Януш — старший сын Василия вернулся из Острога. С восторгом рассказывал он домашним о том, как Елена подняла бумаги деда Константина и теперь планирует строить в Остроге школу, больницу, приют…

— Да она просто чудо! — восхищался он. Тут в комнату вошел отец, веселая беседа мигом подошла к концу, и все разбрелись по дому.

— Как чувствует себя Елена? — осведомился отец у Януша.

— Нормально, как и положено хозяйке владений Острожских!

Василий Константинович посмотрел на сына так, словно впервые в жизни видел его. Обидно, что Януш думает не как отец, а совсем по-иному…

— Сынок, пойми же, что Острог по праву наш, — начал князь.

— Нет, отец, вы ошибаетесь. Острог принадлежит Елене, нам же достались Туров, Слуцк, Дубно и другие владения. Разве этого мало? Вы и так сказочно богаты, зачем вам еще и Острог? — княжич вопросительно посмотрел на отца.

— Януш, пойми: мы князья Острожские, но как можем называться этим именем, не обладая Острогом?! Я — единственный законный владелец отцовского наследства, я князь Острожский, сынок!.. Елена же рожденная незаконно, поэтому не имеет права владеть замком.

Глаза сына сверкнули ненавистью, и он воскликнул:

— Права была моя матушка, когда называла вас тираном. А что до Елены… Она прекрасна и чиста, как ангел небесный! Если вы, отец, захотите обидеть ее, то на мою помощь даже не рассчитывайте. Смиритесь, пока не поздно! Предупреждаю по-хорошему.

Произнеся эту пламенную тираду, Януш вышел вон из комнаты, изо всех сил хлопнув дверью. Василий Константинович рассеяно посмотрел вслед княжичу. Он искренне не понимал, почему его старший сын настроен столь воинственно против собственного отца. Ведь все, что он затевает — все делается для процветания магнатского рода Острожских. А этот, казалось бы, умный парень не желает принять столь простую истину. Жаль, очень жаль…

 

* * *

Все шло отлично, как вдруг Елена обнаружила документ, из которого следовало, что ее потерянный сын умер. Земля ушла у нее из-под ног: сын умер — жизнь потеряла смысла. Один лишь Бог знает, до чего она устала сражаться против обстоятельств, которые неизменно складывались не в ее пользу… В очередной раз надеяться, верить, страдать, терять и разочаровываться!.. Боже, до чего все это утомительно!!! Пора покончить со всем этим раз и навсегда. Она намерена уйти от дел мирских… Но, как же быть с начатыми ранее делами?!

И тут Елена вспомнила о дядюшке Василии. Может, он согласится закончить начатые племянницей дела и претворит ее планы в жизнь, принимая во внимание ее отказ от наследства?.. Елена с удовольствием передала бы свои права Янушу — но тот уехал…. А ждать не хочется.

И вот Василий Константинович прибыл в Острог по приглашению Елены. Его раздирало любопытство, хотя внешне он был спокоен и наигранно вежлив. Впрочем, княгиня была решительна и немногословна. Не обращая внимания на расспросы Василия Константиновича, она просто позвала писаря и велела составить грамоту, согласно которой она — высокородная княгиня Елена Ильинична Острожская отказывается от всех прав на родовой Острожский замок, вместо чего соглашается переселиться в Дубно при условии, что князь завершит все начатые ею дела по благоустройству Острога.

— А-а-а… позвольте осведомиться, о каких таких делах по благоустройству Острога идет речь? — с подозрительным видом осведомился Василий Константинович.

— Речь о школе для детей всех сословий. А также о приюте для бедных. А также о госпитале и многом другом.

— Надеюсь, это все? — спросил дядя таким тоном, словно бы они говорили о чем-то в высшей степени неприятном.

— А может, вы раздумали владеть Острогом, дорогой дядюшка? — с некоторым сарказмом поинтересовалась племянница. Василий Константинович моментально прикусил язык.

— Так-то лучше.

Поскольку полная ясность была достигнута, писарь быстро составил грамоту. Затем пришедший нотариус с двумя свидетелями заверили все надлежащим образом.

Растерянный неожиданной уступчивости племянницы, новоиспеченный князь был на седьмом небе от счастья и подмахивал бумаги не глядя. А Елена, закончив с бумагами, выглянула в коридор и позвала охрану. Через несколько минут огромный широкоплечий казак принес из библиотеки огромный предмет, завернутый в цветастый платок. Сердце князя затрепетало от радости: неужели и сундук отдает?! Елена развернула платок, из свертка показался окованный железом уголок заветной родовой реликвии.

Не утерпев, Василий Константинович бросился к сундуку, Елена же коснулась коня на крышке. Жеребец встал на дыбы, ларчик открылся: оказывается, в нем лежала одна лишь древняя рукописная Библия! Князь разочарованно хмыкнул и на всякий случай поинтересовался:

— А может, в ящике еще что-то есть?

— Не знаю, возможно, вы что-нибудь еще найдете, — равнодушно отозвалась она. — Впрочем, я уверена, что вы с благодарностью вспомните об этой Библию, когда в Остроге появится своя типография.

— Какая еще типография?! — удивился князь.

— Та самая, которую вам придется отстроить и организовать в соответствии с подписанной вами жалованной грамотой. Или вы все же раздумали владеть Острогом, дорогой дядюшка?..

Не в силах подобрать подходящие слова для ответа, Василий Константинович только отчаянно завертел головой.

— Вот и прекрасно.

Сказав это, Елена сняла с пальца и бросила на стол перед новоиспеченным князем Василием Константиновичем Острожским родовой золотой перстень-печатку. После чего, даже не попрощавшись, покинула замковую библиотеку и спешно уехала в Дубно.

Впрочем, на столь досадную мелочь безмерно счастливый владедец Острога не обратил ни малейшего внимания. Еще бы, ведь его давняя мечта наконец-то осуществилась!!! Жадно схватив брошенный племянницей перстень, дядюшка поспешил напялить его на мизинец правой руки. Медленно собрал разбросанные по столу бумаги и лишь тогда наконец-то улыбнулся. Теперь он счастлив! Еще бы: ведь все свершилось само собой — причем без малейших усилий с его стороны!!! Острог и необъятные княжеские владения наконец-то перешли в руки Василия!..

Он вышел во двор и придирчивым взглядом окинул древний замок, который царственно вздымался посреди зеленого бархата густой листвы. Замку было более трех сотен лет. С прошлого века внутренние апартаменты не раз перестраивались, но снаружи все осталось по-прежнему. И все это отныне принадлежит ему — князю Василию Константиновичу и никому иному.

 

* * *

Впрочем, очень скоро выяснилось, что рано радовался князь: новый польский король Стефан Баторий не признал новоявленного владельца Острожского замка, пока не получил от него громадную взятку. Затем Василию Константиновичу пришлось выполнять все условия жалованной грамоты племянницы Елены-Елизаветы-Екатерины. Так стараниями князя Василия в Остроге появились больница, приют для бедных, школа для детей всех сословий, библиотека, типография, но самое главное — прославленная в веках Острожская академия.